Главная | Беседка | Регистрация | Вход
 
Пятница, 02.12.2016, 22:51
Приветствую Вас Гость | RSS
Категории раздела
Мур [61]
Tasya [64]
Наука [26]
Видео [630]
Sergey [93]
Dreams [1083]
Коротко [143]
Молитва [140]
Проповеди [566]
Творчество [467]
Пророчества [856]
Размышления [1296]
Свидетельства [320]
За всех человеков [224]
Мини-чат
 
200
Наш опрос
Если в вашей стране начнется всеобщая ЧИПизация населения, то вы:
Всего ответов: 415
Статистика

Онлайн всего: 41
Гостей: 37
Пользователей: 4
логос, Warrior, zinfira77, Nata1563
Главная » 2013 » Март » 22 » ИСТОРИЯ, ОРИГИНАЛ и древние предания об Исходе и Пасхе. Народ Божий в Египте. Часть 2
18:53
ИСТОРИЯ, ОРИГИНАЛ и древние предания об Исходе и Пасхе. Народ Божий в Египте. Часть 2
Например, в Книге Исаии 49-я глава повествует о будущем Мессии от первого лица такими словами: 
Слушайте меня, острова, и внимайте, народы дальние: Господь призвал меня от чрева, от утробы матери моей называл имя мое… (Ис. 49, 1) 

Действительно, «от утробы матери» был наречен Мессия (Христос) своим земным именем: ангел еще до зачатия велел назвать его Иисусом (Матф. 1, 21; Лук. 1, 31). 
и соделал уста мои, как острый меч; тенью руки Своей покрывал меня, и соделал меня стрелою изостренною; в колчане Своем хранил меня; 
и сказал мне: ты раб Мой, Израиль, в тебе Я прославлюсь. (Ис. 49, 2–3) 
Здесь Мессии дается имя «Израиль». Как мы уже объясняли, оно означает «сущность царствующая, поющая, зрящая Бога». 

А я сказал: напрасно я трудился, ни на что и вотще истощал силу свою. Но мое право — у Господа, и награда моя — у Бога моего. 
И ныне говорит Господь, образовавший меня от чрева в раба Себе, чтобы обратить к Нему Иакова и чтобы Израиль собрался к Нему… (Ис. 49, 4–5) 
Согласно этой «песни Мессии», его земная жизнь, по видимости закончившаяся бесславно, вскоре принесет великий духовный плод. Обратим внимание на следующее: самого Мессию зовут Израилем, а призван он для того, чтобы «…обратить к Нему [Богу] Иакова и чтобы Израиль собрался к Нему…». Один раз имя «Израиль» применяется здесь к Мессии, а другой раз — ко всему народу. 
И Он сказал: мало того, что ты будешь рабом Моим для восстановления колен Иаковлевых и для возвращения остатков Израиля, но Я сделаю тебя светом народов, чтобы спасение Мое простерлось до концов земли. (Ис. 49, 6) 

В миссию Христа входит не только возвращение к Богу и восстановление на Святой земле народа Израилева, но и спасение всех народов земли, для которых он станет «светом». В Евангелии от Луки записано пророчество праведника Симеона о Мессии, который должен явить собою 
…Свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля. (Лук. 2, 32) 

Итак, в 49-й главе Книги Исаии внятно и подробно изложена будущая миссия Иисуса Христа, которого Бог пошлет для спасения всего человечества. А упоминаем мы об этом потому, что нельзя понять сущность посланничества Христа, не зная истории ветхозаветного Израиля, которая является прообразом всего того, что произошло с Иисусом Христом. 

Что еще символизирует история израильтян в Египте? Несомненно, нашу духовную жизнь. Дух человеческий оказывается не только в плену у плоти, но и в порабощении у злых, бесовских, демонических сил, которые его беспощадно терзают и заставляют на себя работать. 
В итоге злой дух — символический «фараон», который царствует во многих людях, или, как говорит апостол, «в сынах противления» (Еф. 2, 2),— дает распоряжение «надсмотрщикам», чтобы они занимали человека «работой» днем и ночью, чтобы у него не оставалось времени обратиться к Богу, «принести ему жертву» — молитву, чтобы не было ни секунды на жизнь духовную. Такой человек знает лишь путь «от стойла до пойла» и обратно: ему все время некогда, ему нужно всегда «работать, работать, работать». 
Это или буквальный труд, сулящий материальное обогащение, или же беспрестанная злая «работа» мысли, порабощенной низшим началом. А потом, когда видит злой дух, что не в его власти окончательно истребить силу духа человеческого, он повелевает всякое мужественное желание, рождающееся в человеке, истреблять. Он старается убить «всякого младенца мужского пола», т. е. всякий сильный, волевой, мужественный порыв, который впоследствии смог бы избавить человека от духовного порабощения. «Младенцев женского пола» злое начало оставляет в живых, поскольку они олицетворяют эмоциональную сферу человека, над которой зло получает полную власть, «предав смерти» разум и волю — «младенцев мужеского пола». В результате весь внутренний строй такого человека близится к полной погибели. 
Чтобы подобному человеку спастись, в нем самом должен как бы родиться некто, призванный, повинуясь воле Божьей, вывести человеческую сущность на простор, освободить от рабства. Должен родиться тот «внутренний человек», о котором говорят апостолы и который, став «совершенным мужем», возглавит исход всех мыслей и чувств человека из духовного «Египта» (см. I Петр. 2, 2; II Кор. 4, 16; Евр. 5, 13–14). 

Далее в Книге Исход говорится: 
Жена зачала и родила сына и, видя, что он очень красив, скрывала его три месяца… (Исх. 2, 2) 
Первые три месяца младенца еще удавалось как-то прятать. Предание говорит, что он был очень смышленый, не кричал и не плакал, и соседи-египтяне ничего не слышали. Согласно другому преданию, Моисей родился семимесячным, поэтому о его существовании могли и не догадываться. 

но не могши долее скрывать его, взяла корзинку из тростника и осмолила ее асфальтом и смолою, и, положив в нее младенца, поставила в тростнике у берега реки, 
а сестра его стала вдали наблюдать, что с ним будет. (Исх. 2, 3–4) 
Мать Моисея (она была дочь Левия — Исх. 6, 20; Числ. 26, 59), которую звали Иохаведа — יוכבד ‹Йохе́вед›, что означает «Господня слава»,— не могла более скрывать младенца. Видимо, кто-то донес о нем соседям-египтянам, и они уже были готовы его убить. Обстоятельства жизни израильтян в Египте удивительно напоминают нацистские лагеря XX века: адский труд, невозможность иметь детей, грозящая отовсюду смерть (ср. Втор. 28, 64–68)… 
Все, что происходило с семьей Моисея, конечно, направлялось свыше. Отец Моисея, чье имя עמרם ‹Амра́м› означает «народ возвышенный», и его мать Иохаведа, т. е. «Господня слава», оба из колена Левиина, были причастны Духу Святому, духу пророчества. Они могли получать непосредственные указания от Бога, и, наверное, воспользовались такой возможностью, поскольку сохранение жизни младенца Моисея было делом исключительной важности. Бог, по-видимому, указал, каким образом спасти младенца: в какую корзинку положить его, куда ее поставить и т. д. Во всяком случае относительно одного из членов семьи Моисея — его сестры Мариам (или מרים ‹Мир’йа́м› в оригинале Ветхого Завета; в Новом Завете это имя передается и как «Мария»), в Книге Исход указано прямо, что она была пророчицей: 
И взяла Мариам-пророчица, сестра Ааронова, в руку свою тимпан, и вышли за нею все женщины с тимпанами и ликованием. (Исх. 15, 20) 
Ее имя, согласно традиции, происходит от глагола מרה ‹мара́› — «быть горьким», ибо она родилась в горькие годы рабства и геноцида. 
Она названа נביאה ‹невиа́› — «пророчица», от глагола נבא ‹нава́› — «пророчествовать», а также «бурлить», «источать», «изливаться наружу». Это слово в Писании означает провидца, прозорливца, проникающего во внутреннюю суть вещей и созерцающего будущие события. Благодаря Духу Божьему, вызывающему в человеке благодатное «кипение», «бурление» мыслей и чувств, пророчество как бы из переполненного, бурлящего водой источника само «источается», изливается через уста. Очевидно, Мариам была движима духом пророчества уже с детства или с самой ранней юности: именно она дала совет отцу и матери, как им спасти ее брата-младенца. 
а сестра его стала вдали наблюдать, что с ним будет. (Исх. 2, 4) 
Видимо, Сам Господь поведал ей, что случится чудо: младенец будет спасен; и она стояла и наблюдала с верой и упованием, как будет исполняться услышанное ею от Господа. 

И вышла дочь фараонова на реку мыться, а прислужницы ее ходили по берегу реки. Она увидела корзинку среди тростника и послала рабыню свою взять ее. (Исх. 2, 5) 
Сколько должно было произойти различных совпадений, чтобы младенец был спасен таким неожиданным образом! Именно к данному месту должна была прийти дочь фараона, чтобы искупаться в реке (хотя египетские дворцы были снабжены прекрасными купальнями и бассейнами); к тому же принцессе должен был понравиться найденный младенец; кроме того, она должна была решиться взять еврейского ребенка в свой дом, зная об отношении к евреям своего грозного отца. Однако все произошло точно так, как описано, потому что никакого совпадения здесь не было и быть не могло — все предопределил и устроил Сам Господь, как сказано в Книге Притчей: 
Сердце царя — в руке Господа, как потоки вод: куда захочет, Он направляет его. (Прит. 21, 1) 

Как внешние события, так и сердце человека всегда во власти Всевышнего… 
Открыла корзинку и увидела младенца; и вот дитя плачет; и сжалилась над ним, и сказала: это из еврейских детей. 
И сказала сестра его дочери фараоновой:… (Исх. 2, 6–7) 
В ту минуту, когда принцесса убеждается, что перед ней еврейский ребенок (а об этом могло свидетельствовать обрезание), Мариам как раз и подходит к ней. Каким бесстрашием надо обладать представительнице угнетаемого, уничтожаемого народа, чтобы приблизиться к дочери самого фараона! Придворные могли, например, подумать, что она хочет убить принцессу, мстя ей за смерть своих близких — ее могли схватить и, не выслушав, убить… 
Однако Господь дает своей посланнице необычайную силу духа. И, увидев, что ее пророчество о спасении брата начинает исполняться, Мариам уже ни в чем не сомневается: 
И сказала сестра его дочери фараоновой: не сходить ли мне и не позвать ли к тебе кормилицу из евреянок, чтоб она вскормила тебе младенца? (Исх. 2, 7) 
Удивительно, но Мариам нисколько не сомневается в том, что фараонова дочь усыновит младенца! Об этом свидетельствуют ее слова: «чтоб… вскормила тебе». Допустим, дочь фараона могла бы спасти ребенка, своей властью избавить его от смерти. Однако думать, что она усыновит его, что решится взять в дом фараона представителя народа, обреченного на уничтожение?! Это должно было казаться по меньшей мере необычным. Только полнейшее доверие к слову Господню, ей возвещенному, могло устранить все сомнения из сердца Мариам. Бог действовал в тот миг в обоих сердцах — в сердце сестры Моисея и в сердце его новой, приемной матери. 
Не менее удивительно согласие принцессы отдать младенца именно еврейской кормилице, хотя вокруг было так много египтянок. Согласно преданию, младенец не брал грудь египетской кормилицы, ибо Господу было угодно, чтобы Моисей был вскормлен собственной матерью и, возрастая в своей семье, узнал жизнь и предания еврейского народа, проникся его верой. И вот уже из уст принцессы раздается слово согласия: 
Дочь фараонова сказала ей: сходи. … (Исх. 2, 
Краткое слово, но в нем — жизнь и спасение младенца! Даруется жизнь и благоволение и самой Мариам, которая осмелилась обратиться к дочери фараона. «Сходи» означает, что младенец с этого момента усыновляется царевной. 

…Девица пошла и призвала мать младенца. (Исх. 2, 
Таким образом, согласно замыслу Божьему, Моисей — единственный из своего народа — принимается в дом фараона, оставаясь в то же время истинным израильтянином, которому мать передает традиции своего племени. 
Только такое двойное воспитание и могло сделать Моисея способным к тому, чтобы стать вождем своего народа: сам вырастая на свободе и приобщаясь к знаниям египетских мудрецов, он знал и принимал близко к сердцу страдания израильтян. Если бы Моисей остался со дня рождения в доме своей матери, его скорее всего убили бы, раньше или позже. Если бы его передали на воспитание бедуинам пустыни, то он одичал бы среди них, не будучи приобщен ни к еврейской, ни к египетской культуре, и не смог бы стать избавителем народа. Если бы он воспитывался при дворе фараона, но не знал ничего о собственном народе и его страданиях, то тоже не смог бы осуществить призвание спасителя. Значит, Господь устроил все так и только так, чтобы Моисей был всесторонне образован, знал жизнь обоих народов и мог впоследствии находить общий язык и с евреями, и с египтянами (ведь множество египтян обратилось к истинному Богу и присоединилось к израильтянам при их исходе — Исх. 12, 38 и 49). 

Когда Мариам призвала Иохаведу, 
Дочь фараонова сказала ей: возьми младенца сего и вскорми его мне; я дам тебе плату. Женщина взяла младенца и кормила его. (Исх. 2, 9) 
Господь не только спас раба своего Моисея, но Он сделал так, что его кормила собственная мать по повелению дочери фараона и даже получала плату за вскармливание потенциального наследника престола (про возможность такого престолонаследия сообщает Иосиф Флавий, о том же говорят агадические комментарии к Книге Исход и Талмуд). 

И вырос младенец, и она привела его к дочери фараоновой, и он был у нее вместо сына, … (Исх. 2, 10) 
Моисея привели во дворец фараона уже довольно взрослым. Как же его воспитывали до этого? Конечно, в духе израильских традиций. Несомненно, он знал об угнетении и страданиях своего народа, знал и обетование о грядущем избавлении, данное праотцам. Моисей, приведенный в дом фараона, должен был теперь получить нечто вроде «высшего образования» знатного египтянина. 

Существует предание, что когда дочь фараонова первый раз принесла младенца во дворец и показала своему отцу, ребенок тотчас потянулся к короне фараона, схватил ее и сбросил на пол. Согласно египетским приметам, это был очень плохой признак. Было решено, что младенца, явившего столь дурное предзнаменование, надо убить. Однако дочь фараона со слезами на глазах стала заступаться за него, и тогда фараон призвал всех своих волхвов, жрецов и вельмож, и те начали гадать: а не тот ли это самый младенец, ради избавления от которого в Египте убивали еврейских мальчиков? Не его ли спасла дочь фараона? Тогда самые мудрые жрецы повелели принести два блюда: одно с золотом и драгоценными камнями, а другое — с горящими угольями. Если младенец — тот самый, он должен быть смышленым с рождения и потянуться к золоту — символу царской власти. Если же он потянется к углю и возьмет его в рот, значит, он глуп и не опасен для фараона. И Моисей уже потянулся было к золоту, но архангел Гавриил, охранявший его, невидимо направил его руку к другому блюду. Тогда он положил уголь в рот и обжег язык — поэтому Моисей и стал косноязычен (Исх. 4, 10; 6, 12). Тем не менее жизнь младенца была спасена, а принцессе позволили его усыновить: 

…он был у нее вместо сына и нарекла имя ему: Моисей, потому что, говорила она, я из воды вынула его. (Исх. 2, 10) 
Кто же нарек его Моисеем: мать или дочь фараона? Ведь обе они упоминаются в этом стихе. Когда в XIX веке был заново открыт и изучен древнеегипетский язык, то оказалось, что в имени משה ‹Моше́›, «Моисей», скрыта контаминация двух смыслов, двух этимологий: древнееврейской и древнеегипетской. 
По-древнеегипетски «Мосе» означает «сын», «дитя». Это слово является частью имен некоторых фараонов: Тутмосе (Тутмос) — «сын бога Тота» (бога мудрости), Яхмосе (Яхмос) — «сын бога Яха» (бога Луны) и т. д. 
По-древнееврейски «Моше» (от глагола משה ‹маша́› — «вытягивать», «вытаскивать», «избавлять») значит «извлеченный», «вынутый», «спасенный», а при символическом истолковании этого имени — «извлекающий», «выводящий» и «спасающий». Видимо, мать так назвала мальчика по внушению свыше: «Моше» — это одновременно и «вынутый из воды», и «тот, кому суждено вывести, спасти, извлечь» из темных вод египетского рабства израильский народ. 
Таким пророческим именем, притом с древнееврейской этимологией, могла, конечно, наречь ребенка только родная мать. Имя, однако, звучало так, что оно понравилось и дочери фараона, которая, истолковав по-своему, восприняла его как египетское: «Мосе» — «сын», «дитя». Так, по промыслу Божьему, пророческое имя, данное матерью, Моисей сохранил и во дворце фараона. 

Теперь перейдем к символическому значению описанных событий. Страшным, ужасным испытаниям и смертельной опасности подвергается «новорожденный младенец» — наш внутренний человек — в «Египте», мире темном и бездуховном (Иоан. 3, 3–8; Откр. 11, 8). Злое, демоническое начало хочет его умертвить. И для того чтобы он спасся, Господь являет многие чудеса. Он устраивает все так, что самые грозные опасности, которым символический «Моисей» подвергается в мире, служат спасению «младенца», его росту, возмужанию и укреплению. Именно в Египте возрос Моисей, именно там его научили премудрости (Деян. 7, 22). Именно в Египте, несмотря на порабощение и уничтожение и вопреки им, возрос, окреп и умножился народ Израиля. Так и все испытания, которым мы подвергаемся в низшем, материальном, плотском мире, содействуют росту и возмужанию нашего внутреннего человека. 
В конце концов наступает момент столкновения, противоборства двух традиций, двух систем воспитания, двух духовных ориентаций, сосуществующих в душе Моисея — израильской и египетской. К этому столкновению, к выбору жизненного пути его приводит встреча лицом к лицу со своими порабощенными братьями. 

Спустя много времени, когда Моисей вырос, случилось, что он вышел к братьям своим и увидел тяжкие работы их; и увидел, что египтянин бьет одного еврея из братьев его. (Исх. 2, 11) 
Как били надсмотрщики рабов? Одного удара хлыстом вполне достаточно, чтобы наказать за нерадивую работу, а если били долго и жестоко, то часто забивали насмерть. С точки зрения Моисея, воспитанного в этических традициях израильтян, убивающий (забивающий насмерть) невинного и беззащитного человека сам, безусловно, достоин смерти. Моисей, пользуясь положением египетского вельможи, осуществляет тут же, на месте, правосудие над палачом-надсмотрщиком. Делает он это осторожно, с оглядкой, чтобы не быть уличенным в сочувствии к рабам и в ненависти к их мучителям: 
Посмотрев туда и сюда и видя, что нет никого, он убил египтянина и скрыл его в песке. (Исх. 2, 12) 
Каким же способом он убил египтянина? В тексте подробностей нет. 
Согласно преданию, он сделал это не с помощью физической силы, а таинственной силой слова. Моисей, получив жреческое посвящение, несомненно, владел магическими приемами египетских жрецов. Известно, что древнеегипетские жрецы обладали умением убивать без физического прикосновения. Однако, согласно традиционному пониманию эпизода, Моисей не воспользовался своими познаниями в магии, а обратился с горячей молитвой к Богу, и Господь совершил суд над надсмотрщиком. Поэтому на другой день еврей, обидевший своего ближнего, обращается к Моисею с таким вопросом: «Не говоришь ли ты, чтобы убить меня, как убил того египтянина?» (слово אמר ‹оме́р›, «говоришь», переведено по-русски как «думаешь» — Исх. 2, 14). 
Что же означают слова «посмотрев туда и сюда»? Буквальный их смысл ясен: Моисей опасался свидетелей. Предание же объясняет эти слова аллегорически: Моисей уже тогда был великим духовидцем; «посмотрев туда и сюда», он увидел и прошлое надсмотрщика — его предков, и будущее — его потомков. И он понял, что «нет никого», т. е. нет никаких праведных заслуг у его предков, которыми тот мог бы еще оправдаться и удержаться в земной жизни, и не будет ни одного праведника среди его потомков, ради которого его следовало бы оставить в живых. Поэтому Моисей «убил его и скрыл в песке», т. е. незамедлительно осуществил правосудие. Эта история имела знаменательное продолжение: 
И вышел он на другой день, и вот два еврея ссорятся; и сказал он обижающему: зачем ты бьешь ближнего твоего? 
А тот сказал: кто поставил тебя начальником и судьею над нами? не думаешь ли убить меня, как убил египтянина? Моисей испугался и сказал: верно, узнали об этом деле. (Исх. 2, 13–14) 

Мы видим, до какой степени нравственного падения дошли некоторые из сынов Израилевых в Египте. Все они находились в положении угнетаемых и уничтожаемых, но тем не менее ссорились между собой, и у многих исчезло братское отношение друг к другу. И когда Моисей, проявляя свойственное ему от рождения чувство справедливости и стремление к водворению мира, начинает обличать виновника ссоры, тот оказывает ему сопротивление, отказываясь подчиняться каким бы то ни было этическим нормам. Впоследствии народ, ведомый Моисеем, много раз не повиновался, восставал против него, бывал недоволен, роптал, так что Моисей временами, изнемогая, говорил Богу: 
Разве я носил во чреве весь народ сей, и разве я родил его, что Ты говоришь мне: неси его на руках твоих, как нянька носит ребенка… (Числ. 11, 12) 

Первый, как бы прообразный, пример такого сопротивления Моисею мы и видим в рассматриваемом эпизоде. 

Почему же «Моисей испугался»? Буквальный смысл очевиден: Моисей испугался, что убийство надсмотрщика получило огласку и теперь фараон поймет, на чьей стороне симпатии Моисея, и захочет от него избавиться. Так и произошло. 
И услышал фараон об этом деле, и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона, и остановился в земле Мадиамской, и сел у колодезя. (Исх. 2, 15) 

Есть и второй, более глубокий смысловой пласт в словах «Моисей испугался». Ведь перед убийством египтянина Моисей убедился, что вокруг никого нет. Кто же в таком случае оставался единственным свидетелем содеянного им, кто мог сначала рассказать об этом другим евреям, а потом и донести фараону? Ответ может быть только один: еврей, спасенный Моисеем из рук палача-надсмотрщика! 
И Моисею, увидевшему такой поворот событий, было чего устрашиться. Если спасенный им от смерти человек вместо благодарности доносит на него, подвергая опасности жизнь своего спасителя, значит, народ дошел до той степени нравственного падения, когда он уже не способен возжаждать свободы. Рабское самоощущение стало свойственно ему изнутри, поселилось в его сердце. И Моисей бежит из Египта, быть может, подсознательно ожидая того времени, когда народ будет способен помыслить об избавлении от рабства и возжелать свободы. Он ждет чуда, а оно произойдет только через сорок лет… 

Так почему же Моисей поступил столь опрометчиво? Убив надсмотрщика, он поставил на карту свою жизнь, свою будущность, свою карьеру египетского вельможи и, на первый взгляд, безнадежно проиграл. Ради чего же он пожертвовал всей своей блистательной будущностью в Египте? Желай он сохранить эту будущность, он мог бы убедить себя такими, например, словами: лучше я потерплю, подожду, пока обрету достаточное политическое влияние, и тогда постараюсь облегчить участь своих соплеменников. Оттого, что я убью сейчас надсмотрщика, заступлюсь за одного человека, не изменится положение сотен тысяч людей. А сделав это, я навсегда лишусь возможности помочь сынам Израиля. 

Он не стал принимать во внимание, что поступается своим положением, богатством, будущностью, наконец, рискует жизнью. Моисей здесь был первый раз по-настоящему испытан Богом. Чувство справедливости, сильнейшее сочувствие к человеку, убиваемому невинно, превозмогло все. И он выбрал правду, предпочтя ее всему! Вчерашний блистательный вельможа стал бездомным, нищим скитальцем, которого ищут, чтобы убить, который бежит и нигде в Египте не может найти ни куска хлеба, ни пристанища, потому что теперь он — опасный преступник в глазах фараона. 

…Моисей убежал от фараона, и остановился в земле Мадиамской, и сел у колодезя. (Исх. 2, 15) 
Земля Мадиамская находится на Синайском полуострове, неподалеку от горы Синай, или Хорив, где впоследствии было дано через Моисея откровение Господне всему народу Израилеву. 

Итак, вся слава предшествующей жизни пронеслась, как сон. Волею Божьей Моисей возвращается к образу жизни патриархов — своих отцов: как и они, он сидит у колодца, встречается с пастухами, женится на девушке из пастушеского племени, восходящего по родословию к праотцу Аврааму (Быт. 25, 2). 

Моисей выглядел нищим скитальцем в Мадиаме. Разумеется, он оставил все свое состояние в Египте, а если бы он был одет в дорогие одежды, соответствующие его положению, его с легкостью узнали бы и схватили при бегстве: можно не сомневаться, что о приказе, отданном фараоном, знали многие (Исх. 2, 15). Моисей, скитающийся в рубище по земле Мадиамской, служит прообразом Иисуса Христа. Моисей явился в мир, чтобы спасти угнетенных, избавить их от рабства. Душа его горела жалостью, состраданием к братьям своим, которых жестоко мучили и убивали. Все это повторилось в жизни Иисуса Христа. Он явился в мир, чтобы избавить людей от рабства греху и спасти их. И когда к Иисусу подошел юноша и воскликнул: 
…Господи! я пойду за тобою, куда бы ты ни пошел. 
Иисус сказал ему: лисицы имеют норы, и птицы небесные — гнезда; а сын человеческий не имеет, где приклонить голову. (Лук. 9, 57–58) 

И в этом Моисей, убегая от фараона, полностью прообразовал Иисуса. 

Апостол Павел говорит: 
Верою Моисей по рождении три месяца скрываем был родителями своими, ибо видели они, что дитя прекрасно, и не устрашились царского повеления. (Евр. 11, 23) 
Так же скрывали родители и младенца Иисуса. И вера, присущая благочестивым родителям, уже с младенчества передалась как Моисею, так и Иисусу… 

Верою Моисей, придя в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой, 
и лучше захотел страдать с народом Божиим, нежели иметь временное греховное наслаждение… (Евр. 11, 24–25) 
Лучше не скажешь. 
Он отказался от всего, что мог бы иметь в Египте, отказался от будущей славы и «лучше захотел страдать с народом Божиим». Именно «Верою… придя в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой…» Конечно, Моисей открыто и явно этого не сделал, он не пришел и не сказал: «Не хочу быть сыном дочери фараона». Так он не говорил. Однако своим поступком он как бы собственноручно расписался под этим решением. И особенно интересны следующие слова апостола о Моисее: 

и поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели египетские сокровища; ибо он взирал на воздаяние. (Евр. 11, 26) 
О каком же «поношении Христовом» здесь может идти речь? Ведь Моисей жил за четырнадцать веков до Иисуса Христа? Из этих слов ясно, во-первых, что Моисей был прообразом Мессии, а поношение, которое он терпел, было прообразом того поношения, которое предстояло перенести Христу. И, во-вторых, греческое слово χριστος ‹христо́с› является буквальным переводом древнееврейского משיח ‹маши́ах› — «помазанник», а этим словом назывались все пророки, священники и цари, помазанные на служение священным елеем (Исх. 28, 41; Лев. 4, 3; II Цар. 1, 14; 23, 1). Следовательно, можно перевести и так: «поношение помазанника». А все помазанники Божьи — пророки, священники и цари — служили, в том или ином отношении, прообразами грядущего Христа. 

Верою оставил он Египет, не убоявшись гнева царского, ибо он, как бы видя Невидимого, был тверд. (Евр. 11, 27) 
Главное, в чем Моисей прообразовал Христа,— его неколебимое упование на Небесного Отца. И в то же время Моисей как прообраз внутреннего человека, пришедшего в возраст «мужа совершенного», подает нам великий пример: всегда взирать на Невидимого и быть твердыми во всех испытаниях, не боясь ничего и никого, кроме Господа. 
Источник: Щедровицкий Д. Введение в Ветхий Завет. Пятикнижие Моисеево 
ТОМ II. КНИГА ИСХОД 
Лекция 1. Народ Божий в Египте. Дух в рабстве у плоти (Кн. Исход, гл. 1–2)
Категория: Размышления | Просмотров: 788 | Добавил: romanov | Теги: пасха, евреи, израиль, Моисей, история Пасхи | Рейтинг: 5.0/3
Всего комментариев: 0
Похожие материалы: Новые материалы:
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Март 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031


ИЗЛИЯНИЕ.ru - Сайт для горячих христан © 2008-2016