Главная | Беседка | Регистрация | Вход
 
Пятница, 09.12.2016, 12:39
Приветствую Вас Гость | RSS
Категории раздела
Мур [61]
Tasya [64]
Наука [26]
Видео [634]
Sergey [93]
Dreams [1083]
Коротко [143]
Молитва [141]
Проповеди [566]
Творчество [467]
Пророчества [857]
Размышления [1298]
Свидетельства [320]
За всех человеков [224]
Мини-чат
 
200
Наш опрос
Если в вашей стране начнется всеобщая ЧИПизация населения, то вы:
Всего ответов: 433
Статистика

Онлайн всего: 32
Гостей: 27
Пользователей: 5
rebbe, smeusb1, starthur, Regata, natalichern7
Главная » 2014 » Июль » 16 » КРЕСТ ГИТЛЕРА. КАК ЦЕРКВИ ГЕРМАНИИ ПОДДЕРЖАЛИ НАЦИСТОВ
00:50
КРЕСТ ГИТЛЕРА. КАК ЦЕРКВИ ГЕРМАНИИ ПОДДЕРЖАЛИ НАЦИСТОВ
Это рассказ о реальном конфликте между двумя спасителями и двумя крестами.

Личность Гитлера по праву считается одной из самых зловещих, но и наиболее загадочных в истории человечества. Кровавый след, оставленный Третьим Рейхом — концлагеря, Холокост, десятки миллионов отнятых и искалеченных жизней, — едва ли будет когда-нибудь забыт. Как случилось, что в стране, где большинство населения читали себя христианами, творились столь чудовищные преступления? И где же была в это время церковь?

В книге «Крест Гитлера» Эрвин Люцер, ее автор, исследует те уроки, которые можно извлечь из истории церкви Третьего Рейха, а также очевидные параллели между эпохой Гитлера.

Церковь разделена

«Исповедуй! Исповедуй! Исповедуй!» Слова эхом отдавались в святилище лютеранской церкви Троицы в Берлине. Молодой богослов умолял собрание осознать свою ответственность в час, когда свидетельство и сила в высшей степени необходимы. Он настаивал на том, что если церковь утвердится во Христе как на Скале, то церковь не заберут у нас... Я обращаюсь к тем, кто остался один, кто потерял церковь: давайте обратимся к Святому Писанию, давайте выступим и попытаемся воссоединить церковь... Ибо это время — время крушения здравого смысла человека — может также стать для нее великим временем устроения... Церковь, оставайся церковью...

Исповедуй! Исповедуй! Исповедуй! Это было 23 июля 1933 года. Молодым богословом был Дитрих Бонхёффер. В январе того же года Гитлер стал канцлером Германии.

Буквально на следующий день этот молодой человек, который не обманулся замыслами Фюрера, выступил с обращением по радио, предупреждая о том, что, когда народ боготворит правителя, «образ вождя постепенно становится образом обманщика. Так вождь превращает себя в идола и насмехается над Богом».

Еще до того, как Бонхёффер успел сказать в эфир эти последние фразы, его микрофон загадочным образом отключили. Бонхёффер продолжал напоминать каждому, кто его слушал, о том, что у церкви есть только один алтарь, перед которым она должна склонять колени, и это алтарь Всемогущего. Надменность церкви, заявлял он, должна быть осуждена унижением Креста. «Божия победа означает наше поражение и наше унижение. Она означает праведный Божий гнев по отношению к любому человеческому высокомерию, которое пыжится, пытаясь представить себя очень важным в своих собственных глазах. Это означает, что Крест превыше мира... Крест Христов, который означает горькое презрение Бога ко всем человеческим высотам, мучительное страдание Бога во всех человеческих глубинах, правление Бога над всем миром... Вместе с Гедеоном мы склоняемся пред алтарем и говорим: «Господь на Кресте, только Ты будь нашим Господом. Аминь».

Кризис, о котором мы говорим, был только отчасти конфликтом между Гитлером и христианством. В основном это была борьба церкви против самой себя. Борьба лжи и истины, свастики и Креста. Это была борьба внутри церкви, добровольно принявшей немецкий национализм того времени. Бонхёффер настаивал на том, что только Христос, Который не зависит от немецких национальных идеалов и культуры, может спасти церковь в этот решающий час.

Церковь должна провозглашать весть о Христе, Который стоит выше политики, выше всего священного и светского. «Немецкие христиане», рьяно взялись за то, чтобы церковь отвечала запросам нацизма. Они одобрили отмену власти отдельных округов и объединение всех протестантов в церковь Рейха как в единую и всеохватную национальную церковь. Конечно же, этот план встречал большое сопротивление, однако они верили в то, что если провести свободные выборы, то единство церкви может быть сохранено.

Гитлер преподнес протестантам сюрприз, настояв на том, чтобы епископом Рейха был избран его близкий друг Людвиг Мюллер. Очевидно, что это вторжение государства в «духовную сферу» сразу же встретило сопротивление.

Лютеране разделились. Одна часть поддерживала человека по фамилии Боделыпвинг — уважаемого и весьма благочестивого. «Немецкие христиане», которых еще называли «Движением веры», поддерживали кандидата Гитлера. После жарких дебатов на конференции региональных представителей 27 мая 1933 года большинством голосов был избран Боделыпвинг. В своей речи при вступлении на пост он пообещал, что останется выше всех споров внутри своей церкви и просто посвятит себя руководству церковью для «служения народу». Следующие недели показали, что этот добрый христианин не был способен увидеть значение идеологических течений, бурливших внутри лютеранской церкви. Он не осознавал, что просто не мог оставаться «выше сражения» в церкви, которая с такой готовностью стала в одну шеренгу с нацизмом.

«Немецкие христиане» противостояли ему с неприкрытой враждебностью. Его подвергли нападкам в прессе и радио, настаивая на том, что Мюллер больше заслуживает того, чтобы руководить церковью, так как имеет тесные связи с Гитлером. По их словам, епископ Рейха может быть избран только после того, как будет утверждена новая конституция. Уступив давлению, Боделыпвинг ушел в отставку. Это вызвало негодование у тех, кто был непоколебимым противником деспотичной тактики пронацистских сил. Пятьдесят пасторов подписались под заявлением о протесте.

Тем временем «Немецкие христиане» составили новую конституцию церкви, которая была признана Рейхстагом 14 июля 1933 года. Их девиз звучал как «Одно государство, один народ, одна церковь». Они поддерживали «позитивное христианство» Гитлера, утверждая, как, к примеру, Герман Грюнер, что «Гитлер является тем путем, которым Дух и воля Божия к немецкому народу войдут в Церковь Христа». Эти христиане украшали свои алтари нацистскими флагами и приветствовали друг друга в своих собраниях по-нацистски.

Через неделю, 23 июля, были намечены национальные выборы, и Гитлер выступил по радио для поддержки по всей Германии кандидатов, одобряемых «Немецкими христианами». В своей речи он сказал, что государство желает гарантировать независимость церкви, однако это возможно только в том случае, если церковь будут возглавлять те, кто посвящены «свободе этой нации». Затем он прямо одобрил «Немецких христиан», похвалив их за поддержку национал-социалистического государства. Тысячи людей, которые годами не появлялись на пороге церкви, проголосовали, и ни для кого не стало неожиданностью то, что победили кандидаты Гитлера. Теперь требовалось только, чтобы представители церквей избрали Людвига Мюллера епископом Рейха.

Бонхёффер был глубоко огорчен. Через месяц, в августе 1933 года, он отправил письмо своей бабушке, в котором предсказывал мощное движение по направлению к большой и популярной национальной церкви, сущность которой не соответствует христианству. Он писал: «Мы должны быть готовы к тому, чтобы ступить на совершенно новые пути, по которым нам придется пройти. В действительности, это конфликт между немецкими идеями и христианством, и чем скорее этот конфликт проявится открыто, тем лучше. Нет ничего более опасного, чем его утаивание». В следующем месяце конфликт проявился открыто.

Коричневый Собор

В течение двух дней, 5 и 6 сентября 1933 года, в Берлине состоялся старый Прусский Генеральный Синод. Делегации пасторов и церковнослужителей прибывали на него в нацистской униформе и использовали нацистское приветствие. Этот Собор быстро принял характер скорее показного, чем дискуссионного совещания. Его участники утвердили Людвига Мюллера как своего епископа и сместили действующих генеральных суперинтендантов для замены их более лояльными целям нацистов. Они одобрили то, что называлось «арийским пунктом», согласно которому люди с еврейской кровью не могли быть допущены к церковным кафедрам в Германии. От всех пасторов требовалось подписаться под этим заявлением и оказывать «безусловную поддержку национал-социалистическому государству». Голос оппозиции был заглушён криками.

Этот Собор, благодаря нацистской униформе, в которую были одеты делегаты, известен как «Коричневый Собор». Он не требовал отставки существующих пасторов еврейской крови, а только заявлял о том, что претенденты на должность, имеющие еврейские корни, к служению не могут быть допущены. Отныне все пасторы должны были представлять доказательства своего арийского происхождения.

Ответственность за ведение протокола этого печально известного собрания была возложена на плечи не кого иного, как Мартина Нимёллера — человека, имя которого вскоре станет известным благодаря его сопротивлению нацификации церкви.

Во время Первой мировой войны он был лейтенантом морского флота и командиром подводной лодки, однако в 1924 году был посвящен в духовный сан и стал влиятельным пастором в пригороде Берлина. Поначалу он приветствовал партию нацистов, веря в то, что она является основной надеждой Германии. Он даже отправил Гитлеру телеграмму, в которой поздравлял его с выходом Германии из Лиги наций и благодарил за «мужественный поступок и уверенную твердость в защите чести Германии». Телеграмма завершалась выражением «верности и молитвенной поддержки». Лично наблюдая за ходом Коричневого Собора, Нимёллер понял, что наступило время активного протеста. Он подружился с Дитрихом Бонхёффером, и они собрались для обсуждения того, что можно предпринять. Бонхёффер написал статью, раскрывающую абсурдность исключения кого-либо из церкви по биологическим признакам. Церковь, по его словам, это место, где христиане из евреев и язычников «стоят вместе, подчиняясь Божьему Слову». Только такое подчинение показывает, что церковь все еще остается церковью.

Некоторые лидеры церкви попытались представить решение Собора в лучшем свете, заявляя, что в Пруссии, наверное, не более одиннадцати пасторов, которых оно затрагивает, и что, возможно, этой уступке нацизму не стоит придавать большого значения в интересах более важного вопроса «распространения Евангелия».

Бонхёффер и Нимёллер призывали служителей к повсеместному уходу с церковных должностей. В то самое время, когда «Немецкие христиане» праздновали победу, Бог совершал Свое дело. Рука Его суда тяготела над церковью, однако Он также помнил и о милости. Он давал Своему народу возможность заявить о себе. Тот, кто верил, что Евангелие не терпит компромиссов, имел возможность «исповедовать Христа перед людьми».

Кто-то из современников тогда заметил: «Божий суды были покровом Его вездесущей благодати». Его завуалированная благодать дала истинным верующим мужество, в котором они нуждались.

"Чрезвычайная лига пасторов"

21 сентября 1933 года — всего через две недели после Коричневого Собора — Нимёллер и Бонхёффер встретились с группой, называемой «Молодые реформаторы», чтобы создать «Чрезвычайную лигу пасторов». Они дали обещание сражаться с арийским пунктом и оказывать сопротивление вторжению нацизма в церковь. Мы должны помнить о том, что они не оказывали сопротивление нацизму как политической силе, а только настаивали на том, что он не должен вторгаться в духовную сферу. Пасторам было отправлено письмо, подписанное обеими сторонами. В частности, цели Лиги определялись следующим образом:

- Обновить верность Писанию и символу веры.
- Противостоять тем, кто нападает на Писание и символ веры.
- Оказывать материальную и финансовую помощь тем, кто страдает из-за репрессивных законов или насилия.
- Отказываться признавать арийский пункт.

Почти сразу же это письмо собрало около двух тысяч подписей, а к концу 1933 года их количество возросло до шести тысяч. Новые епископы, избранные по прогитлеровской программе, конечно же, злились и молчали.

Когда всем пасторам была разослана анкета, в которой они должны были удостоверить свое личное происхождение, Нимёллер отказался пойти на уступки и призвал остальных последовать его примеру. Он знал, что его поступок был проявлением неповиновения государству, но он серьезно относился к словам Писания: «Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Галатам 3:28). Он и Бонхёффер были уверены, что тот, кто подписался под арийским пунктом, отделился от церкви Христа.

«Чрезвычайной лиге пасторов» вскоре представилась возможность испытать свои силы, выразив официальный протест. Через шесть дней после того, как пасторам было разослано письмо, был собран Национальный Синод, чтобы принять рекомендации Прусского Синода официально и избрать Людвига Мюллера на пост епископа Рейха, объединив, таким образом, все протестантские конфессии в одну национальную организацию. Другой кандидатуры не было.

Как бы в насмешку Синод проходил в крепостной церкви Виттенберга, к дверям которой Мартин Лютер когда-то пригвоздил свои девяносто пять тезисов. Прямо рядом с могилой, в которой был похоронен Лютер, Людвиг Мюллер был единогласно избран епископом Рейха, а другие «Немецкие христиане» — региональными епископами.

Таким образом, по иронии, символичность которой нельзя не заметить, свастика, по сути, была принята как новый крест в том же самом соборе, в котором Лютер за четыреста лет до того проповедовал о кресте Христовом!

Нимёллер и Бонхёффер также присутствовали на собрании в Виттенберге 27 сентября 1933 года. Они распространяли листовки среди делегатов, а также прикрепляли их к деревьям. «Мы не перестанем сражаться со всем, что является разрушительным для самой сути Церкви». Что касается реакции Национальной церкви на эти листовки, то позже она заявляла, что Виттенберг был просто наводнен слухами и что «враг дал почувствовать свое присутствие».

Как только был избран Людвиг Мюллер, Бонхёффер, стоявший в задних рядах церкви, прошептал одному из своих друзей: «Ты только что стал свидетелем смерти церкви в Германии!».

Создание Исповедующей церкви

Под руководством Бонхёффера и Нимёллера «Чрезвычайная лига пасторов» сформировала ядро того, что было названо Исповедующей церковью. Бонхёффер проповедовал, что церковь должна быть церковью и «Исповедовать! Исповедовать! Исповедовать!». Пришло время публичного и непрерывного исповедания.

Таким образом, протестанты разделились на две группы, каждая из которых заявляла о том, что именно она составляет церковь и является преемницей Реформации. Многие пасторы колебались, другие же надеялись, что смогут просто продолжать свои служения, не принимая ни одну из сторон. Гитлер, однако, не допускал для них роскоши нерешительности. В конце концов, они должны были сделать выбор: либо кесарь, либо Христос.

Свастика не могла довольствоваться двойной преданностью. В том же 1934 году, 20 октября, Исповедующая церковь провела второй синод в Далеме. Беспощадность Гитлера больше не скрывалась так искусно, как раньше, поэтому съезд заявил: «Руководство церкви Рейха приступило к беспощадному уничтожению церкви, взывая к власти Фюрера и призывая к сотрудничеству политические силы... Это означает чрезвычайное положение, и то, что церковь имеет право предпринимать действия, направленные на его исправление». Нимёллер ясно заявил: «Повиновение этим тиранам Церкви равнозначно неповиновению Богу». Заявление о «чрезвычайном положении» было, без сомнения, отважным шагом. Этот синод осудил церковь Рейха и призвал церковь пробудиться, потому что кризис веры приблизился. К сожалению, для того чтобы последовать столь смелому заявлению, сделано было не много. Епископу Рейха был отправлен запрос о законном признании существования Исповедующей церкви, однако он остался без ответа. Начались преследования на основании обвинения в том, что Исповедующая церковь провоцирует беспорядки среди людей и подстрекает к измене государству. При таком давлении поддержка Исповедующей церкви начала ослабевать.

Угасающая поддержка

На своем третьем синоде, проходившем в Аугсбурге, Исповедующая церковь предпочла не затрагивать основные вопросы. Не было сказано ни слова о необходимости для церкви иметь свободу проповеди и обучения Евангелию. О «позитивном христианстве» Гитлера и его последствиях не упоминалось. Также не было сказано ни слова в защиту евреев. Бонхёффер и Нимёллер отправили письмо всем пасторам Исповедующей церкви, призывая их оставаться твердыми. В частности, в нем было сказано:

«Сейчас наш провал довлеет над Исповедующей церковью как проклятие... Это — проклятие, которое мы сами навлекли на себя, так как отвергли то, что нам поручил Бог... Давайте вернемся и еще раз подтвердим обязательный характер этих решений [двух Соборов — в Бармене и Далеме]. Тогда мы вновь определимся в нашем движении. Давайте не будем удручены тем, что, на наш взгляд, будущее Церкви покрыто кромешной тьмой. С нас хватит знания того, что нам велено делать сейчас. Нам следует сказать ясное и бескомпромиссное «Нет!» пред лицом всякого искушения разрешить проблему Церкви способом, противоречащим решениям Бармена и Далема. Да поможет нам Бог — если мы подошли к такому моменту — быть в состоянии сказать это «нет» с радостью и в единстве».

Это письмо встретило слабый отклик. Многие пасторы все еще полагали, что возможен компромисс, надеясь, что Гитлер узаконит Исповедующую церковь в обмен на ее патриотизм и молчаливую поддержку военных действий. Они надеялись, что дипломатией можно достичь лучшего результата, чем смелым противостоянием.

Бонхёффер продолжал возгревать оппозицию Национальной церкви, которая продолжала добиваться благосклонности немецкого народа. Он открыто говорил об антисемитизме Рейха и постыдном молчании церквей пред лицом подобной несправедливости. «Где Авель, брат ваш?» — спрашивал он. Составить единую оппозицию отношению нацистов к евреям было невозможно. Церковь была не просто нейтральной в этом вопросе, а безмолвной и часто открыто поддерживала изгнание евреев из жизни немцев.

Ниже представлено письмо одного пастора редактору немецкой газеты, выражающее признательность за его твердость в отношении еврейского вопроса. В частности, в нем сказано:

«Мы с энтузиазмом поддерживаем вашу борьбу с жаждущими нашей смерти еврейскими жуками, которые делают подкоп под наш народ... Это относится также и к тем друзьям еврейства, которых можно найти даже в рядах протестантских пасторов. Мы будем сражаться бок о бок с вами и не сдадимся до тех пор, пока эта борьба со всеми евреями и всеми убийцами нашего Спасителя не будет доведена до победного конца в Духе Христа и Мартина Лютера.

С выражением искренней солидарности я приветствую вас возгласом «Хайль Гитлер!».

Пастор Райхельманн».

Совсем немного пасторов были готовы стать для евреев братьями. Они уже устали сопротивляться нажиму нацистского парового катка. Разрываясь между Богом и кесарем, многие пасторы пытались служить обоим. Они проповедовали, учили и пели гимны в то время, как в их церквях висели свастики. Даже когда проповедовалось о кресте, это делалось на фоне негодования по отношению к евреям и огромного желания быть хорошими немецкими националистами.

При помощи хитроумной манипуляции «Немецкие христиане» взяли достоинства церкви и извратили их для собственных целей. Взывая о патриотизме и государственной необходимости, они сплотили под своим знаменем многих колеблющихся пасторов. Исповедующая церковь стала терять свое влияние. Годы спустя Бонхёффер написал в своей книге «Мораль»: «Если зло выступает в виде света, выгоды, верности и обновления, если оно сопоставляется с исторической необходимостью и социальной справедливостью, то это (если понимать правильно) является явным подтверждением его крайней греховности». Исповедание все еще звучало, но уже не так громко, как прежде.

Гитлер, конечно же, не думал, что в Германии есть место для двух богов. Соглашаясь в начале с двумя крестами, висящими в церквях, он в итоге настоял на том, что крест должен быть только один. Ни крест Христов, ни свастика не допускают двойной преданности. Требовалось сделать выбор. Тот, кто избирал Крест, должен был пройти пустынной дорогой в одном направлении, а тот, кто избирал свастику, шел в ногу с буйной толпой. Тот, кто избрал свастику, разделил участь своего лидера. Тот, кто избрал крест Христов, обнаружил, что он — «сила Божия ко спасению» (Римлянам 1:16). Эта альтернатива все еще ожидала церковь, которой, однако, предстояло еще пройти через многие этапы очищения в будущем.

Источник: журнал "INVICTORY" (Выдержка из книги Э. Люцера "Крест Гитлера. Церковь времен III Рейха")
Категория: Коротко | Просмотров: 1011 | Добавил: Neu | Рейтинг: 4.9/13
Всего комментариев: 4
avatar
5
3 daulsa • 18:53, 16.07.2014 3
Это к теме. написал один благословенный брат:
Что бы Вы ни поставили в своей душе вместо Бога - Вы рано или поздно останетесь ни с чем.
Это может быть коммунизм, фашизм, национализм, рок-н-ролл, секс, наркотики, даже знания, даже благородные поиски справедливости - что угодно. Результат один и тот же - заменив в своей душе Бога очередным идолом или тельцом, Вы рано или поздно останетесь ни с чем.
Майдан и Антимайдан - входят.
Интересно, что Бога из душ украинцев на Майдане активно выковыривали священники, подменяя Его нацией, демократией, свободой, сытой и внешне счастливой, но безбожной и извращенной Европой.
Неисповедимы Пути Твои, Господи.
Украине предстоит много молиться, много каяться, а не обвинять, и умолить Господа многих бесов изгнать из себя, в том числе, из ее православного, католического и протестантского клира, прежде, чем украинцы снова смогут стать счастливыми, какими все мы были раньше.
Упованье наше на Господа.
И на Слуг Его - настоящих священников.
Священников по чину Мелхиседека. А не просто православных, католических, протестантских или любых других священников.
avatar
-1
4 Olga_K • 15:31, 21.07.2014 4
"Интересно, что Бога из душ украинцев на Майдане активно выковыривали священники, подменяя Его нацией, демократией, свободой, сытой и внешне счастливой, но безбожной и извращенной Европой. "
Не лги, Сабира. Или не утверждай того, чего не знаешь. Что одно и то же.
Благословений. То есть - слушай Бога, а не лжецов.
avatar
0
2 giris5207 • 17:12, 16.07.2014 2
"Некоторые отрывки из Берлинской декларации"

Очень соответствует современной критике говорения на иных языках.
avatar
0
1 MMS • 03:45, 16.07.2014 1
Инересно, а что происходило с церквями в Германии дальше... ?

- Лично мое мнение о том:
Как случилось, что в стране, где большинство населения читали себя христианами, творились столь чудовищные преступления? И где же была в это время церковь?

ВОЗМОЖНО ТАКОЕ ПОВЕДЕНИЕ ЦЕРКВИ В ГЕРМАНИИ, БЫЛО ИЗ ЗА НЕ ПРИНЯТИЯ ДВИЖЕНИЯ ДУХА СВЯТОГО ???
www.ru.wikipedia.org/wiki/Пятидесятники
- Самое сильное сопротивление пятидесятничество встретило в Германии. Происходящее на собраниях пятидесятнических проповедников было воспринято как действия сатаны, и, как реакция, члены ряда евангельских церквей в 1910 году составили «Берлинскую декларацию», в которой говорилось, что пятидесятническое движение имеет происхождение не от Бога, а от дьявола. Оно было приравнено к оккультизму. Германия надолго оказалась закрытой для пятидесятнического движения.

- Некоторые отрывки из Берлинской декларации:
http://rusbaptist.stunda.org/dop/berlin.htm
- Дух этого движения производит мощные духовные и физические воздействия, но все же это — ложный дух. Он разоблачил себя. В собраниях и на этот раз имеют место ужасные явления: падения, гримасы, дрожание, крики, отвратительный громкий смех и т.п. Мы не беремся судить, какой процент этих проявлений бесовского, а какой истерического или психического происхождения — Бог таких явлений не производит.
- Так называемое пятидесятническое движение исходит не свыше, а «снизу»; оно имеет много общих со спиритизмом проявлений. В нем задействованы бесы, которые хитро управляются сатаной. Они смешивают ложь и истину для того, чтобы соблазнить Детей Божиих. Так называемые «одаренные духом» впоследствии во многих случаях оказывались одержимыми.

Мне было бы еще интересно прочитать историю пятидесятнической церкви Германии, во время правления Гитлера!
Похожие материалы: Новые материалы:
Форма входа
Поиск
Календарь


ИЗЛИЯНИЕ.ru - Сайт для горячих христан © 2008-2016